Чуть более недели прошло со времени премьеры третьей части трилогии о больших
высокотехнологичных кибернетических организмах на Земле. Все это время я
обдумывал, что же меня так смутило в этом фильме. И, кажется, нашел.
Я имею кучу слабостей, две из которых - большие роботы и комиксы. В отношении
трансформеров эти две мои слабости совместились. Наверное, из-за этого я пересилил
свое отвращение к толпе и пошел-таки на премьеру третьей части. Но меня ждало
разочарование...
Первые кадры современности: довольно аппетитная британская попа. Этот эпизод был
радостно освистан мужким контингентом кинозала, что немного странно, учитывая
сколько фото- и видеоматериала о красивых девушках имеется сейчас в свободном
доступе. Сейчас, сидя у себя, я прихожу к мнению, что этими кадрами "большие
гонорары" Бэй хотел показать, куда катится киноиндустрия.
Идем дальше. Когда камера показывает, кто является обладательницей указанной выше
части тела, у меня пропало желание смотреть фильм дальше. Да, по британским меркам
эта девушке вполне может тянуть на 11 из 10, но меня, избалованного не-британца
черты лица "заменителя Меган" ничуть не вдохновляют. Бедный Джейсон. Как заметила
позже моя супруга, надо было брать менее "блондинистую" девушку на роль "девушки
Сэма". Что она хотела эти сказать?
А теперь перейдем к основной хорде всей трилогии - роботы. Точнее к характерам
героев-трансформеров.
Оптимус Прайм! Лидер автоботов, защитник всего живого, робот с человеческим
сердцем. Таким он был в первом фильме. Он отдал свою жизнь за мальчика Сэма во
втором фильме, а затем, восстав из мертвых, был вынужден убить одного из
древнейших трансформеров Фоллена, чтобы спасти Солнечную систему. При этом ранее
он имел возможность убить десептиконов, но не сделал этого. А все из того же
желания не убивать без веской причины.
В третьей части Оптимус уже более воин, а не пример для пратогониста. Без
сожаления отрывает голову Мегатрону, стреляет из мегатроновской винтовки в
обезоруженного Сентинел Прайма. Также беучастно Оптимус смотрит, как автоботы
просто голыми руками рвут на части пилота кибертронского истребителя. И это
раненного представителя их же расы. "Ау! Что за х?.." Такой вопрос меня до сих пор
гложет.
Отдельно стоит упомянуть Мегатрона. Десептикон, в одиночку отправившийся за Искрой
в неведомые дали, теперь стал лишь тенью самого себя в прошлом. Думается, во
втором фильме он преклонялся перед Фолленом только из-за того, что это был
древнейший прайм, наделенный изначально более могущественными возможностями. А
здесь... Сентинел Прайм - автобот того же поколения, что и Мегатрон. Особой силой
он не обладал, а если принять во внимание тот факт, что он убегал с Кибертрона от
того же Мегатрона, то оказывается менее приспособлен к войне. И тем не менее,
Мегатрон без вопросов выполняет приказы Прайма, даже не пытаясь возразить.
Весьма чуткий в вопросах власти и господства, умный от природы, Мегатрон почему-то
ждет, пока ему о растущей власти Сентинела расскажет "девушка Сэма" Карли. И
только после этого он находит разумным отправиться на место битвы двух праймов. Но
вместо стратегии ожидания умерщвления одного автобота другим, он принимается
обстреливать того, кто стоит. Мегатрон стал благородным рыцарем?
Желтый Камаро (в оригинальных мультсериалах - желтый Жук), он же Бамблби (не называйте его "Шершень" - имена собственные не переводятся) здесь же выглядит
каким-то вялым. если во втором фильме Бамблби демонстрировал чудеса
трансформерской рукопашной схватки, здесь в батальных сценах нелепо дрыгает ногами
и трясется всем телом. И почему он не попытался спасти Уилджека (или Q?)? Если бы
часть кибертронского крейсера не "проломило бы башку" десептикона, Би просто так
умер без боя? Странно все это.
Я не знаю, что творилось в голове Бэя в те дни. Но фирменное "бум-бам" переехал на улицы Чикаго. Только непонятно: зачем надо было перекраивать характеры трансформеров? Зачем надо было вписывать одни нелепицы в уста родителей Сэма Уитвики? Надеюсь, когда-нибудь кто-то извинится за этот бардак в одной из великих франшиз...
высокотехнологичных кибернетических организмах на Земле. Все это время я
обдумывал, что же меня так смутило в этом фильме. И, кажется, нашел.
Я имею кучу слабостей, две из которых - большие роботы и комиксы. В отношении
трансформеров эти две мои слабости совместились. Наверное, из-за этого я пересилил
свое отвращение к толпе и пошел-таки на премьеру третьей части. Но меня ждало
разочарование...
Первые кадры современности: довольно аппетитная британская попа. Этот эпизод был
радостно освистан мужким контингентом кинозала, что немного странно, учитывая
сколько фото- и видеоматериала о красивых девушках имеется сейчас в свободном
доступе. Сейчас, сидя у себя, я прихожу к мнению, что этими кадрами "большие
гонорары" Бэй хотел показать, куда катится киноиндустрия.
Идем дальше. Когда камера показывает, кто является обладательницей указанной выше
части тела, у меня пропало желание смотреть фильм дальше. Да, по британским меркам
эта девушке вполне может тянуть на 11 из 10, но меня, избалованного не-британца
черты лица "заменителя Меган" ничуть не вдохновляют. Бедный Джейсон. Как заметила
позже моя супруга, надо было брать менее "блондинистую" девушку на роль "девушки
Сэма". Что она хотела эти сказать?
А теперь перейдем к основной хорде всей трилогии - роботы. Точнее к характерам
героев-трансформеров.
Оптимус Прайм! Лидер автоботов, защитник всего живого, робот с человеческим
сердцем. Таким он был в первом фильме. Он отдал свою жизнь за мальчика Сэма во
втором фильме, а затем, восстав из мертвых, был вынужден убить одного из
древнейших трансформеров Фоллена, чтобы спасти Солнечную систему. При этом ранее
он имел возможность убить десептиконов, но не сделал этого. А все из того же
желания не убивать без веской причины.
В третьей части Оптимус уже более воин, а не пример для пратогониста. Без
сожаления отрывает голову Мегатрону, стреляет из мегатроновской винтовки в
обезоруженного Сентинел Прайма. Также беучастно Оптимус смотрит, как автоботы
просто голыми руками рвут на части пилота кибертронского истребителя. И это
раненного представителя их же расы. "Ау! Что за х?.." Такой вопрос меня до сих пор
гложет.
Отдельно стоит упомянуть Мегатрона. Десептикон, в одиночку отправившийся за Искрой
в неведомые дали, теперь стал лишь тенью самого себя в прошлом. Думается, во
втором фильме он преклонялся перед Фолленом только из-за того, что это был
древнейший прайм, наделенный изначально более могущественными возможностями. А
здесь... Сентинел Прайм - автобот того же поколения, что и Мегатрон. Особой силой
он не обладал, а если принять во внимание тот факт, что он убегал с Кибертрона от
того же Мегатрона, то оказывается менее приспособлен к войне. И тем не менее,
Мегатрон без вопросов выполняет приказы Прайма, даже не пытаясь возразить.
Весьма чуткий в вопросах власти и господства, умный от природы, Мегатрон почему-то
ждет, пока ему о растущей власти Сентинела расскажет "девушка Сэма" Карли. И
только после этого он находит разумным отправиться на место битвы двух праймов. Но
вместо стратегии ожидания умерщвления одного автобота другим, он принимается
обстреливать того, кто стоит. Мегатрон стал благородным рыцарем?
Желтый Камаро (в оригинальных мультсериалах - желтый Жук), он же Бамблби (не называйте его "Шершень" - имена собственные не переводятся) здесь же выглядит
каким-то вялым. если во втором фильме Бамблби демонстрировал чудеса
трансформерской рукопашной схватки, здесь в батальных сценах нелепо дрыгает ногами
и трясется всем телом. И почему он не попытался спасти Уилджека (или Q?)? Если бы
часть кибертронского крейсера не "проломило бы башку" десептикона, Би просто так
умер без боя? Странно все это.
Я не знаю, что творилось в голове Бэя в те дни. Но фирменное "бум-бам" переехал на улицы Чикаго. Только непонятно: зачем надо было перекраивать характеры трансформеров? Зачем надо было вписывать одни нелепицы в уста родителей Сэма Уитвики? Надеюсь, когда-нибудь кто-то извинится за этот бардак в одной из великих франшиз...
0 коммент.:
Отправить комментарий